Проповедь после Божественной литургии в Неделю святителя Григория Паламы

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

 

Дорогая матушка игуменья, дорогие отцы, братья и сестры.

 

Мы с вами собрались в завершение второй седмицы Великого поста. Пост - особое время в жизни каждого христианина, когда мы должны умалять свою жизнь, умалять для Бога, ради того, чтобы по-иному посмотреть на себя, вглубь себя, на свое сердце и изо всех сил постараться хоть что-то в своей жизни, наконец, изменить.

 

Вторая неделя Великого поста ознаменована памятью святителя Григория Паламы. Этот человек жил и прославился в 14 веке. К этому времени Церковь существует уже более полутора тысяч лет, Великий пост как обязательная составляющая нашей богослужебной и личной христианской жизни тоже в Церкви утвержден. Несмотря на это, Церковь вдруг решает второй воскресный день посвятить памяти святителя Григория. С чем же связано это? Это связано с тем духовным, богословским подвигом, который совершил святитель Григорий в своей жизни. Он с юных лет желает подвизаться, несмотря на то, что перед ним отрывается перспектива блестящей карьеры государственного служащего, он удаляется на Святую Гору Афон, подвизается там достаточно долго, в конечном итоге покидает гору, возвращается в Фессалоники, становится там пресвитером, а впоследствии и святителем, т.е. архиереем.

 

Находясь на Афоне, святитель Григорий постиг науку умного делания, науку особого молитвенного предстояния человека перед Богом, такого предстояния, когда Бог начинает открывается человеку в своих нетварных энергиях, и человек становится осияваем Фаворским светом. Это на опыте знали отцы, подвизавшиеся на святой горе Афон. Эта традиция умного делания была тогда достаточно распространена не только среди монашествующих. Но вот появляется человек, который говорит, что вся эта традиция - обман. Говорит: "Вы в прелести, и тот свет, который вы видите, он - тварный". С этим человеком святитель Григорий вступает в спор, пишет свои богословские трактаты, и в итоге побеждает истина. Это было настолько значимо для жизни Церкви, что пройдет совсем немного времени со дня его кончины, как Церковь прославит его в лике святых и утвердит сегодняшний день. 

Сегодня мы с вами также должны поговорить о молитве, о том, что она значит в нашей жизни, понимаем ли мы до конца, почему человеку необходимо молиться, и что мы вкладываем в свою молитву. Это всегда было важно в жизни Церкви. Каждый раз, когда Она теряла понимание того, что есть молитва, возникали всякого рода нестроения, расколы, упадок жизни духовной.

В этом смысле давайте посмотрим на сегодняшнее евангельское чтение, посмотрим на него образно. В этом расслабленном, которого несли четыре друга, мы увидим себя самих - расслабленных в своей жизни, для которых молитва является какой-то тяжкой повинностью и обязанностью. Молитва не приносит нам вдохновения, исцеления, радости. Мы расслаблены духом. И мы видим сегодня в Евангелии, как разбирается крыша дома и сверху к ногам Спасителя опускается расслабленный человек. Обратите внимание на то, что сам этот человек совершенно ничего не говорит. Он парализован, не может разговаривать. И Господь, "видя веру их" (Мк.2:5), т.е. тех четырех друзей, говорит этому несчастному: "Чадо, прощаются тебе грехи твои" (Мк.2:5). Вот это опускание расслабленного человека к ногам Спасителя и есть образ молитвенного делания.

 

Молитва есть разговор души с Богом. Это именно диалог. Это не есть произнесение каких-то заученных формул и фраз, или, как мы говорим, "вычитывание" каких-то текстов ради получения от Бога каких-то благ. К сожалению, так исторически сложилось в нашей Русской Церкви, что мы с вами этот навык настоящей, умной, внимательной, сердечной молитвы, этого настоящего предстояния перед Богом в тишине сердца заменили вычитыванием молитвенных правил.

Началось это, конечно, не вчера. Давайте посмотрим на историю. 14 век - время жизни Григория Паламы. Что происходит у нас в стране? Это время жизни преподобного Сергия Радонежского, который, как говорит нам Предание, был знаком с традицией умного делания. Он так учил молиться своих учеников, и этот опыт распространяется по всей тогдашней Руси. Проходит время, монашеская жизнь развивается, складываются два разных ее течения. Одни избирают для себя вот такую созерцательную жизнь в дали от городов, жизнь пустынников (в нашем случае - лесных отшельников). Другие выбирают жизнь иную, в которой есть место пониманию монастыря как крупного экономического центра, с образовательными учреждениями, социальной работой, с многочисленной братией. Эти течения получают названия стяжателей и нестяжателей.

 

Представители нестяжательного образа жизни, последователи и ученики преподобного Нила Сорского, насколько могли сохраняли практику этого умного делания. Но потом наша страна входит в колоссальный духовный кризис. Кризис заканчивается победой как раз не внутренней сердечной молитвы, а внешней церковности, внешнего делания, вычитывания молитв. Но если мы посмотрим повнимательнее и постараемся понять, какой же была жизнь людей того времени, то мы увидим интересную картину. Уже в 19 веке люди Российской империи в основной своей массе были безграмотны. Во второй половине 19 века в Астраханской губернии было 77% безграмотных людей. К началу 20 века в целом по стране грамотными были только 30% населения. О чем это говорит? Это говорит о том, что люди не читали молитвословов, не читали Евангелия, для них это было невозможно. А как же люди совершали свое христианство? В чем же был их личный духовный подвиг? Люди были в храме. И это храмовое благочестие почему так важно для русского человека? Потому что это был единственный возможный способ попытаться хоть как-то предстать перед Богом. И я убежден, что в это самое время люди, лишенные возможности "вычитывания" правила, может быть не все, но некоторые, вдохновляясь храмовой молитвой научались молиться Богу в тишине собственного сердца.

Конечно, тот период гонений, который мы пережили, не дал возможности Церкви как-то эту практику сформулировать, как-то ее богословски осмыслить. В 20 век мы вошли с теми молитвословами, которыми все до сих пор пользуемся. Тексты этих молитв, написанные святыми угодниками Божиими, помогают человеку научиться молиться, они вводят его в Церковь, но они не могут до конца удовлетворить нужду человека в молитве. Они к этому не призваны.

И вот тут возникает вопрос: что же для нас сегодняшних значит молитва? Почему для нас это так трудно, и в то же время мы не чувствуем в ней потребности. Давайте будем честными перед собою. Для нас вычитывание утреннего и вечернего правила - это повинность. Мы делаем так, потому что надо, а не потому, что чувствуем потребность, нужду, не потому, что это вдохновляет наше сердце. 

Какой выход? В первую очередь мы должны понять, что молитва есть диалог, общение с Богом. И если продолжить образное осмысление сегодняшнего Евангелия, то четыре друга, которые положили расслабленного к ногам Спасителя, что это может быть для нас? 

Первый друг - это вера. Без веры угодить Богу невозможно. Если мы молимся и не верим, что в этот самый момент Господь нам внимает и стоит перед нами (мы не представляем это, а верим в это), то молитва будет бесплодной. Это простое проговаривание текста. Молитва также невозможна без покаяния. Неслучайно практика умного делания приводит человека в конечном итоге к самой простой и доступной молитве: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного". Только осознавая свою греховность, свою немощь, человек способен молиться Богу. Немощь, которая исходит из того, что мы понимаем, что ничего доброго и хорошего в этой жизни сделать мы не в состоянии без помощи Божией. И если что-то получается у нас, то только благодаря той благодати Божией, которую Господь нам дает. Молитва невозможна без смирения. Прежде всего без смиренномудрия. Мы просим эту добродетель, особенно Великим постом, в молитве Ефрема Сирина. Что такое смиренномудрие? Это особое состояние ума. Это такое состояние человека, когда несмотря на весь свой жизненный опыт, все свои знания, образование, человек не стремится всем и каждому навязать свою волю, свое мнение, свое понимание, свою правду. Смиренномудрый человек умеет молчать. Это тот человек, который не приписывает себе никаких ложных заслуг. Как мы с вами любим это делать, не понимая, что очень часто все наше доброделание есть ни что иное, как проявление нашего воспитания, нашего характера. Мы делаем или не делаем какие-то вещи просто благодаря нашей внутренней организации, нашей природе, это не ради Христа происходит, не потому, что мы Бога любим. Все наше добро исходит из того, что мы себя любим. Нам так нравится быть добрыми, потому что это нас возвеличивает в собственных глазах. Как проверяется качество нашего добра? Очень просто. Если нас просят оказать какую-то помощь или поддержку , сделать что-то доброе, но это доброе не умещается в наше понимание добра, мы отказываемся. Или не отказываемся, а начинаем раздражаться. И это показывает, что все это наше ограниченное добро подобно тем "добреньким" из притчи о Страшном Суде, с которой мы начинаем Великий пост. 

Итак, четыре "друга", о которых я сказал - вера, смирение, покаяние и преданность Богу способны нас положить к Его стопам, способны научить нас молиться. Мы помним о том, что молитва даётся молящемуся. Я говорю не о том, что мы должны отставить молитвословы в сторону, я говорю о том, что мы должны задуматься над тем, каково качество нашей молитвы. В Евангелии мы видим, что Сам Господь уединялся для молитвы. Казалось бы, зачем Христу было молиться? Он Сам есть Бог. Он ни в чем не имел нужды. Зачем? Господь показывает нам, что чтобы молиться, не нужно иметь какую-то нужду. Когда мы встаём на молитву? Когда у нас все в жизни плохо, когда у нас дети болеют. Пусть сегодняшний день и наша молитва святителю Григорию Паламе поможет нам по-другому посмотреть на нашу молитву.

 

Сегодня вечером, когда многие из вас, я надеюсь, встанут на молитву, прежде, чем начать произносить слова, которые многие из вас знают уже наизусть, просто помолчите, помолчите внутри себя, побудьте в глубине собственного сердца, посмотрите на себя, осознайте каковы мы, как прожили опять бестолково этот день. И тогда молитва наша будет другая. Нужно не просто встать перед иконами в святом углу, а встать именно перед Богом, как мы будем стоять на Страшном Суде с открытым сердцем, со всей своею жизнью, грехом, немощью и скажем: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного". Тогда, возможно, те слова, которые мы будем читать, они немного по-другому войдут в наше сердце, и что-то в нас поменяется.

 

Очень важно, чтобы мы научились молиться, чтобы молитва стала нашим постоянным спутником по жизни, чтобы мы ни делали. "Господи, просвети ум мой", - говорим когда что-то важное нужно сказать или сделать. "Господи, направь путь мой", - когда собираемся в путь. "Господи, благослови детей моих", - когда дети наши уходят из дома. "Господи, укрепи мужа моего, помоги ему и меня грешную помилуй".

 

Мы должны иметь навыки вот таких искренних молитвенных вздохов. Это должно быть естественно, как дыхание. И вот так если будем жить, вот так Бога перед собой представлять, а не выделять для него лишь несколько минут утром и вечером, мы начнем замечать перемены внутри нас самих, в нашей жизни. Мы должны меняться. Время Великого поста поможет нам в этом. 

Богу нашему слава всегда, ныне и присно и во веки веков.

 

Аминь.